Sinking Island

Я гениальный сыщик,

Мне помощь не нужна!

Найду я даже прыщик

На теле у слона!

Как лев, сражаюсь в драке,

Кружусь я, как пчела,

А нюх как у собаки,

А глаз как у орла!

м/ф «По следам Бременских музыкантов»

Некий Уолтер Джонс, миллионер, купивший в свое время остров Сагора Мальдивского архипелага и выстроивший на нем великолепный особняк в 22 этажа вопреки всем правилам техники безопасности, был найден мертвым на берегу океана. Впрочем, здесь куда ни пойди — везде будет берег: остров невелик. Адвокат Джонса, который и нашел тело, законопослушно вызвал полицию, и сколь бы ни хотел инспектор Джек Норм побыстрее закрыть дело как несчастный случай, но показания адвоката, а также недвусмысленные следы насилия на теле погибшего слишком красноречивы.

Рекогносцировка на местности

Есть в детективном жанре некая притягательность для создателей квестов. Вполне понятная и объяснимая: улики, которые нужно скомпоновать строго определенным образом, детали и нюансы, которые нельзя пропустить... Раздолье для вдумчивого автора. Вот и признанный мастер жанра Бенуа Сокаль решил обратиться к детективам.

Решение это — отчасти неожиданное, учитывая, что предыдущие его работы представляли собой квесты-путешествия (ни Syberia, ни многократно раскритикованный Paradise не несут сколь-нибудь отчетливой детективной интриги), — было встречено общественностью если не с восторгом, то во всяком случае с нетерпеливым интересом. Работа над проектом велась вдумчивая и кропотливая, и сравнить ее можно разве что с вдумчивым и кропотливым трудом, который ожидает alter ego игрока, невзрачного на первый взгляд, но глубоко компетентного инспектора Джека Норма.

Инспектор представляет собой классический архетип скромного трудяги-профессионала, неутомимого и въедливого борца с преступностью. Кстати, он не только неутомим, но и непотопляем, и даже непромокаем, невзирая на тропический ливень, который честно поливает и его, и остров.

Остров, в свою очередь, — ничуть не менее классический пример «графики от Сокаля»: превосходные пейзажи, выразительно мерзкая погода, Башня, которая возвышается над Сагорой не хуже, чем легендарная Вавилонская башня — над Междуречьем в свое мифическое время.

Чисто английское убийство

Конечно, сложно что-то утверждать наверняка в таких тонких материях, как творчество, но при ближайшем рассмотрении можно предположить, что вдохновение мэтр черпал не в последнюю очередь в классических детективах. Думается, Агата Кристи была бы довольна, доведись ей ознакомиться с сюжетом этой островной истории: она тоже любила запирать своих героев в ограниченном пространстве, чтобы у них была возможность не отвлекаться на посторонние хлопоты («Убийство в Восточном экспрессе», «Десять негритят»).

Впрочем, нельзя сказать, что сюжет игры — точная калька с английской классики. Вот уже не первый век из распространенных штампов мастерам удается складывать замечательные мозаики, и Сокаль довольно успешно справился с первой попыткой поиграть на этом поле: история тонущего острова вполне самостоятельна, а фабула интересна.

Обитатели Вавилонской башни

Каждый персонаж игры являет собой прелюбопытный образчик человеческой натуры и зачастую кандидата в подозреваемые. Фигур не так много, но среди них нет ни одной проходной — у каждого героя есть свое более или менее бурное прошлое, устоявшийся характер и парочка скелетов в шкафу, зачастую имеющих самое непосредственное отношение к общему итогу весом в полтора центнера мертвого веса. Все они отлично озвучены, что добавляет индивидуальности этим и без того ярким личностям.

Одна из этих личностей и окажется убийцей, но кто? Искать ответ придется неторопливо и вдумчиво, в буквальном смысле слова разгадывая паззл, который призван стать зримым воплощением цепочки вопросов, один за другим озадачивающих инспектора Норма. Дух следствия простирает крыла над островом Сагора, и остается только не перепутать его с другими, менее дружелюбными духами, которых то и дело поминает Колио, коренной житель этих мест.

Козни виртуальной нечисти

По крайней мере, некий местный аналог лешего здесь точно порезвился, внаглую выкрав любые мыслимые путеводители, которые были бы очень кстати, — вы будете лишены даже банальной карты острова и схемы этажей выстроенного на нем небоскреба, не говоря уже о «быстрой» карте. Инспектору предстоит долгая и утомительная беготня по острову и неминуемые блуждания в поисках нужной локации. В этом, конечно, можно усмотреть свои плюсы, вроде возможности созерцать превосходные, как всегда у Сокаля, пейзажи и интерьеры. Однако на двадцатом круге даже эти весьма живописные картинки начинают раздражать, тем более что красота их весьма статична: локации доступны с одного-двух ракурсов, отсутствует возможность повернуть камеру и толком осмотреться, о чем не раз предоставится случай пожалеть.

А личный полтергейст острова Сагора, воспользовавшись моментом, время от времени слизывает с экрана фрагменты текста. Впрочем, широко распространенное шаманство вида «свернуть-развернуть окно» обычно вполне эффективно действует на этого вредителя; в более запущенном случае виртуального хулиганства придется выйти и заново загрузить игру.

Секундомер для забега на длинные дистанции

В силу традиции квест — это, как правило, игра, где никто никуда не торопится и все равно всюду успевает: можно оставить героя стоять перед очередным ребусом и пойти налить себе чая, а потом, к примеру, сходить в магазин и поговорить по телефону — после чего вернуться, не потеряв в рамках сюжета ни времени, ни информации.

Однако на случай, если игрок захочет несколько добавить расследованию реализма, а ситуации в целом — остроты, создатели предусмотрели два разных режима прохождения: «приключение» и «гонка за временем». Во втором случае в правом верхнем углу экрана включается таймер, отсчитывающий потраченное время, и планировать перемещения приходится куда тщательнее: можно не успеть раскрутить дело. Хотя даже если игрок промахнется всерьез, утонуть вместе с островом Норму не позволит универсальная машина времени, которая автоматически вернет инспектора вместе с расследованием на несколько ходов назад.

Там же, в верхнем правом углу экрана, располагается и значок PPA (Personal Police Assistant) — это ваш банк информации, электронный секретарь-криминалист и заодно перечень того, что находится в инспекторских карманах. К слову, мистер Норм экипировался весьма разумно: в куртке с таким обилием карманов можно спрятать массу ценных мелочей — хватит набить небольшой рюкзак.

При первом же обращении к этому источнику знаний РРА с предупредительностью секретарши читает для Норма вводную лекцию по обращению с собой, а потом старательно фиксирует все достижения на тернистом пути расследования. По мере того как расследование продвигается, заполненных ячеек в одноименной вкладке будет все больше, а доступных локаций, в силу мерзких погодных условий, — все меньше. Что, заметим, не может не радовать утомленного игрока.

По ходу игры Норму придется отвечать на вопросы своего карманного криминалиста: хитрая машинка принимает во внимание факты и только факты, причем инспектору недостаточно просто получить в свое распоряжение улику или чье-то свидетельство, нужно еще и внести эти данные в специальную графу. И только после этого PPA, подумав, согласится принять ваш ответ.

Извратности судьбы

Увы, ни графика, ни хорошо написанные и убедительно озвученные диалоги не спасают игрока от двух основных напастей Тонущего острова. Усталый путешественник не заметит красоты пейзажа, а утомленный поиском пропущенных деталей игрок — красоты прорисовки. Постоянное возвращение в одни и те же локации, однообразные, но неизбежные расспросы... Норм задает обитателям острова совершенно одинаковые вопросы, не меняя ни интонаций, ни формулировок, и порой игнорирует даже очевидные препятствия на пути к диалогу. Когда первый, ознакомительный этап расспросов заканчивается, а игрок начинает надеяться на разнообразие в этой области, появляется какая-нибудь новая тема для соцопроса, и все начинается сначала.

Присутствие РРА — большое подспорье и немалая удача разработчиков, но и оно может осложнить вам жизнь: время от времени, когда для ответа на очередной вопрос-паззл недостает какой-нибудь мелкой улики, впору проклясть все, пытаясь сообразить, какого именно кусочка мозаики не хватает умной машинке. То ли это реплика, недооброненная кем-то в разговоре, то ли забытый бумажный листочек с каплей льняного масла, то ли что-то неведомое, появившееся в одной из уже изученных локаций после какого-нибудь события, не имевшего к пресловутой детали никакого отношения. Башня достаточно велика, чтобы даже после затопления острова предоставить массу возможностей для незапланированного моциона.

Что в имени тебе моем?..

«Квест от Сокаля» — это, можно сказать, бренд. С одной стороны, после Syberia любители жанра твердо уверовали в мэтра и готовы простить ему многое, с другой стороны — высокая планка обязывает.

От Сокаля ждали нового. После выхода Paradise — ждали особенно, но оправдалось ли это ожидание?

Несомненно, игра получилась достойной: мэтр подтвердил свое мастерство, свой талант создавать красивые атмосферные истории и доказал, что способен на грамотную детективную интригу, где нет ничего лишнего, а пресловутое ружье, уж если оно висит на стенке, обязательно стреляет в последнем акте. Завершающий ролик (как, впрочем, и другие видеовставки) достоин всяческих похвал: очень многие игры, такие как, например, «Убийство в Восточном экспрессе», с подобным роскошным финалом могли бы здорово выиграть — зрелищная концовка в изрядной степени сглаживает впечатление от шершавостей игрового процесса, без которых мало какая игра обходится.

Но, к сожалению, при этом Sinking Island почти полностью лишен динамики, происходящее наматывается на сюжетный стержень однообразными витками, и близящаяся катастрофа никак не сказывается на ритме жизни, если не брать во внимание нервный срыв одного из персонажей утром третьего дня. Разве что легкие потрескивания, предвещающие скорое падение Башни, несколько тонизируют — игрока, но не персонажей.

Сокаль замахнулся на новые горизонты, но первый выстрел скорее оказался пристрелочным. Подождем следующего.

А пока приступим к расследованию.


ДОСТОИНСТВА НЕДОСТАТКИ
Увлекательность
6
хорошо проработанная детективная линияотсутствие динамики, бесконечные однообразные разговоры, многократные повторения
Графика
9
красивые пейзажи и интерьерыоднообразие и статичность
Звук
9
превосходно озвученные диалоги, красивая фоновая музыкане отмечены
Игровой мир
8
убедительность происходящего, яркие личности, проработанные биографииоднообразие
Удобство
5
удобный "помощник"отсутствие карт и быстрого перехода между локациями
Новизна нет

Интерес повторной игры нет
Награда Вердикт: Красивый образчик детективного квеста средней увлекательности. Рейтинг
70%

Паззлы для взрослых. День первый

Инспектор Норм, которого профессиональный долг в эту собачью погоду выгнал из дома, прилетает на остров с тем чтобы как можно быстрее констатировать несчастный случай, освободить рабочее пространство для медика и в четыре часа отбыть обратно. К его изрядному огорчению, бывший миллионер разрушил все эти планы, как карточный домик: тучный покойник, разлегшийся неподалеку от линии прилива, щеголяет такими украшениями, как кровавые царапины на лице, больше похожие на следы бритвы, а не ногтей, и борозда, как от удавки, в том месте, где у обычных людей заканчивается подбородок и начинается шея.

Мысли вслух: вообще-то здравый смысл подсказывает, что если шторм стащил увесистого покойника со скал, на которых тот поначалу повис, то этот же шторм должен был изрядно переменить и его облик, однако царапины на лице выглядят свежо и празднично, как боевая раскраска, костюм — опрятен, а темные очки, по всей видимости, намертво прикручены непосредственно к черепу, коль скоро не сгинули в пучине морской.

Сфотографировав тело и ознакомившись с данными на покойного (три листочка биографии, желтая папка), расспросите Губерта де Нолента, адвоката Джонса, об обстоятельствах смерти его клиента и об их отношениях. Немедленно выяснится и еще один любопытный момент: Нолент утверждает, что из окна своего кабинета видел собственными глазами, как Баина, одна из островитян, ссорилась с Уолтером Джонсом, тогда еще живым и здоровым, на Черепашьей террасе и в некий момент толкнула его с обрыва вместе с инвалидным креслом. И если почтенный адвокат не пытается ввести следствие в заблуждение, то высока вероятность того, что обломок ногтя, застрявший в одной из ранок на лице покойного, принадлежит именно ей.

Опросив свидетеля, Норм будет готов ответить на первый вопрос своего карманного криминалиста. Для этого нужно сначала заглянуть в «Ход расследования» и ознакомиться с вопросом, а потом в «Банке улик» открыть показания Нолента — ту часть, где он отрицает возможность несчастного случая, — и переместить их в панель слева. В ту же панель на соседнюю клетку положить фото убитого, нажать внизу «да» — и РРА признает первый промежуточный итог вашего расследования.

Итак, смерть Уолтера Джонса не была результатом несчастного случая.

Сразу после этого начальство Норма, которому он позвонит, чтобы рассказать о непредвиденных осложнениях, скажет, что все равно погода нелетная, так что пусть Джек берется за дело основательно, со всем присущим ему занудством.

Окончив разговор, инспектор, никоим образом не огорчившись таким поворотом дел, еще раз расспросит адвоката, но тот, как нетрудно догадаться, к медицине отношения не имеет и потому в данном случае полезным Норму быть не может. Что ж, пора расширить зону деятельности: подняться наверх, раз уж внизу делать больше нечего, получить от Нолента список «островитян» и ключ от своей комнаты.

Когда адвокат удалится, оставив инспектора делать свою работу, Джек обратит внимание на следы: судя по этим вензелям на земле, механическое кресло Джонса изобразило на краю обрыва ту еще джигу. К слову, здесь же рассыпан черный жемчуг, некогда бывший ожерельем, — его, как и полученные фотографии, нужно осмотреть со всей тщательностью. А кроме того — изучить пополнившийся список данных о персонажах.

На заметку: это обязательный и важный элемент расследования: осмотр и анализ улик. Каждая новая деталь, попадающая в ваш «Банк улик», требует самого пристального внимания.

Следующим на очереди стоит кресло, которое до сих пор возвышается на обрыве: во-первых, нужно его осмотреть (для того, чтобы проявить отпечатки пальцев, понадобится графитовый порошок), во-вторых, на земле рядом с колесом лежит обрывок золотой цепочки, а в-третьих, коллекцию вещдоков должна пополнить фотография окровавленного камня.

Зафиксировав все, что можно, Норм отправится исследовать окрестности. Вот, к примеру, санный путь... в смысле, двойная колея, оставленная креслом Уолтера Джонса. Немного пройдя по ней (один экран), отвлекитесь на небольшой экскурс в сторону скал (слева): в этом тихом уголке инспектора поджидает обрывок какой-то серой тряпки. Забрав трофей, возвращайтесь к следам от коляски. Этот путь приведет инспектора к воротам, за которыми начинается мощеная дорога: судя по следам на земле возле левого фонаря, в последний выезд бывшего миллионера сопровождали двое, и если отпечатки босых ног действительно могут принадлежать островитянке Баине, то автограф европейских ботинок мог оставить кто угодно из мужчин, хотя бы и Нолент.

Закончив с фотографированием, инспектор отправится дальше и едва не познакомится с одной из подозреваемых: босоногая девушка в красной маечке и голубых шортах, заметив Норма, убежит прочь. А инспектор, который уже не в том возрасте, чтобы без серьезных причин бегать даже за очень симпатичными девушками, догонять ее не станет.

На пляже, к которому он неспешным шагом выйдет, ему доведется услышать разговор Лоренцо, архитектора Уолтера Джонса и Сони Абруцци: с ними Норму тоже предстоит поговорить. И, к слову, надо бы сфотографировать их обувь и руки Сони, которые красноречиво свидетельствуют о том, что обломок ногтя, обнаруженный в ранке на лице убитого, вряд ли принадлежит ей.

В самый неподходящий момент — впрочем, стоит смириться с тем, что момент всегда будет самым неподходящим, — зазвонит телефон, и беседу придется прервать: разговор с дражайшей супругой — дело частное, почти интимное, и ради этого Норму нужно будет подняться к себе.

На заметку: время от времени Джека Норма посещают два стихийных бедствия: голодное урчание в желудке и звонки от супруги. Бороться невозможно, нужно смириться и ждать. А после того, как экскурс в маленькие человеческие слабости несгибаемого инспектора будет окончен, — вернуться на то место или к тому разговору, где вас прервали. Конечно, собеседник ваш может за это время куда-нибудь уйти по своим делам, но его актуальное местонахождение укажет верный РРА (раздел «Данные о персонажах», пункт «Положение»).

Вернувшись на пляж после довольно эмоционального объяснения с любимой супругой, Норм отправится к хижине островитян: Колио, негласный духовный лидер местных жителей, и его дочь Баина, та самая, которую инспектор уже видел неподалеку от Башни Уолтера Джонса, живут поблизости (для посещения этой локации нужно от входа в Башню пойти направо, а оттуда — еще несколько пустынных экранов вверх).

Руки прелестной рыбачки (а промысел у них с отцом вполне традиционный для обитателей этих островов), как ни странно, не только красивы, но и ухожены — не хуже, чем у состоятельной женщины Сони Абруцци. Чистые ногти аккуратной формы, нежная кожа... разве что без маникюра.

К тому же один ноготь обломан — кажется, мы нашли того, кто оставил свой автограф на лице покойного миллионера. Но, к сожалению, сфотографировать эту прелестную ножку (об обуви в данном случае речь не идет) нет никакой возможности: девушка все так же молча смущается и отбегает в сторону. Впрочем, она оставит следы на мягкой земле неподалеку от ступенек, ведущих в хижину, — этого вполне хватит для сравнения.

Можно больше не надоедать бедной девушке, тем более что после таинственного несчастного случая она уже года три ничего не может сказать — ни Норму, ни кому бы то ни было еще. Как выяснится впоследствии, три года назад они с Уолтером Джонсом при каких-то не слишком ясных обстоятельствах оказались вместе на местной священной горе и упали с высоты нескольких метров, после чего миллионера разбил паралич, а Баина потеряла дар речи.

Колио, когда мы начнем его расспрашивать, заявит о своей нелюбви к полицейским и судейским и пообещает разбить голову любому, кто обидит его единственную дочь, но на деле общение с этим колоритным персонажем куда приятнее, чем с некоторыми продуктами европейской цивилизации.

У рыбака были какие-то свои, довольно специфические отношения с владельцем Башни, но многого от него добиться не удастся. По крайней мере, в этот раз.

Зато теперь можно сравнить в РРА («Банк улик», черно-белый значок в правом нижнем углу экрана) фотографию Уолтера Джонса, на которой хорошо заметен компрометирующий обломок ногтя, и фотографию рук Баины. Проведя анализ, умная машинка объявит «полное совпадение» — что означает, что именно эта застенчивая девушка оставила на лице Уолтера Джонса те самые царапины. А отпечатки босых ног, запечатленные там, где от ворот начинается парный след от колес инвалидной коляски, похожий на узкоколейку, совпадут с отпечатками, запечатленными Нормом возле хижины. Итак, у нас есть подозреваемый.

Мысли вслух: с этой немой туземной красоткой Норму волей-неволей придется обсуждать весь список вопросов, который создатели заложили ему в диалоговое окно, и выглядит достойный инспектор при этом, как человек, разговаривающий со статуей.

Сфотографировав пейзаж и запечатлев таким образом этнографическую ценность — священную гору Хауиту, — мы заглянем в хижину.

Вот эти деревянные именные сундучки справа — интереснейшее поле для исследования. В том, что помечен литерой «К», обнаружится послание, адресованное Колио Уолтером Джонсом: судя по всему, это сопроводительное письмо к подаренной Уолтером лодке. Во втором сундучке, принадлежащем Баине, мы найдем жемчужное ожерелье и огромный бриллиант, который в рыбацкой хижине выглядит так же нелепо, как подводная лодка в гороховом поле. Верный РРА охотно признает идентичность этого ожерелья и тех жемчужин, которые Норм совсем недавно подобрал возле кресла Уолтера. Если есть желание побродить по этой хижине, освещенной куда лучше, чем можно было бы ожидать таким дождливым днем, исполните его — и идите разговаривать с Колио. Он выскажет вам свое частное мнение о некоторых членах семьи Джонс, но информация эта по большей части не столько полезна, сколько познавательна.

На этом первый экскурс в быт современных туземцев Мальдивских островов можно считать оконченным: Норм возвращается к Башне и направляется на поиски Сони Абруцци и Лоренцо. Их актуальное местоположение подскажет все тот же РРА. К слову, расспрашивать свидетелей полагается до тех пор, пока Норм сам не начнет отказывать им в разговоре, что изрядно затягивает процесс: действующих лиц у нас достаточно, чтобы повторяющиеся вопросы благополучно успевали допечь до печенок.

Выслушав мнения Сони и Лоренцо об остальных островитянах, можно отправляться дальше, на поиски следующих жертв неумолимого правосудия. Отправляясь знакомиться с этими — весьма немногочисленными — обитателями Башни, Норм пройдет через холл, который сам по себе стоит того, чтобы оглядеться. В правой его части обнаружится туристический буклет (свою Башню Уолтер Джонс решил преподнести общественности как «фешенебельный отель в самом райском уголке Мальдивов»).

Остальные обитатели острова довольно беспорядочно распределены по всем двадцати двум этажам этого шедевра гигантомании: можно последовательно обшаривать жилые этажи, а можно искать их по предоставленному де Нолентом списку. Строго говоря, на этом этапе наша задача сводится к тому, чтобы отловить всех и расспросить обо всем: раз за разом инспектор будет задавать одни и те же вопросы и методично фотографировать обувь.

На кухне (это этаж L2), куда можно из холла подняться по монументальной лестнице (от развилки направо будет банкетный зал, а налево — как раз кухня), Норм, возможно, найдет Мартина Абруцци — это муж Сони (не забываем фотографировать обувь!), и он охотно расскажет нам о том, как беззаветно он счастлив в браке. Братья Сони — игрок Билли и политик Марко — когда мы доберемся до них со своим соцопросом, дополнят эту убедительную картину большого и не слишком дружного, но довольно мирного семейства: ни один не попытается уверить нас в том, что искренне любил деда, — покойный был, судя по всему, человеком тяжелым во всех смыслах этого слова, — и ни один не станет скрывать, что в прошлом у каждого из них были какие-то разногласия с главой семьи, но, если судить по их словам, ни у кого не было ни желания, ни нужды его убивать.

На кухне, к слову, помимо любопытных знакомств можно найти еще и кухонный нож — в одном из ящиков. Разумеется, он нам обязательно пригодится.

Методичность — наш выбор: как уже было сказано, опросить надо всех и у всех сфотографировать обувь, так что впору возрадоваться тому, что Уолтер Джонс незадолго до смерти уволил всех работников своего недостроенного отеля, мотивировав этот в высшей степени экономный шаг тем, что у его потенциальных наследников появился наконец шанс доказать, что они не дармоеды и бездельники.

Женская часть обитателей башни будет петь в один голос с мужской: все они очень уважали Уолтера Джонса. Относительно друг друга их мнения могут расходиться, но эта внезапная смерть стала для них не горем, но потрясением: Уолтер Джонс был из тех дедушек, про которых говорят — «всех переживет».

Помимо соцопроса (для верности можно выписать действующих лиц в отдельный список и отмечать, чтобы никого не пропустить) инспектору предстоит еще и работа с уликами: придется подняться в студию Лоренцо Баттальери на 22-м этаже. Основной лифт довозит только до 18-го, но пусть вас это не смущает. Нужно доехать до последнего этажа, который называется вертолетной площадкой (к слову, одним только мини-аэродромом эта локация не ограничивается, пусть название не вводит вас в заблуждение), а уж там, выйдя в зал и оглядевшись, инспектор обнаружит существование еще одного лифта, который и поднимет его на самый верх Башни.

В студии нас ждут два любопытных открытия: во-первых, принадлежащая скромному архитектору золотая медаль по биатлону (верхняя полка шкафа, что слева от двери), а во-вторых, попорченный пиджак в шкафу справа, к которому изумительно подойдет тот клочок ткани, что мы подобрали в скалах по дороге к Башне, — РРА это подтвердит.

Спустившись по лесенке к той части помещения, которая служит Лоренцо кабинетом, Норм обнаружит массу всего интересного: карандаш, из которого можно при помощи точилки настругать графитового порошка (и не забыть взять его с собой!); блокнот, лежащий возле одного из мониторов (на компьютер тоже не помешает обратить внимание); папка с бумагами по Башне и документ об увольнении служащих — в ящиках.

Закончив с этим осмотром, отправимся на этаж ниже, в библиотеку. Здесь за столом обычно работает хорошо знакомый нам Губерт де Нолент: если Норм уже сфотографировал его обувь и сравнил с тем снимком, на котором запечатлены следы туфель, следы босых ног и начало колеи, оставленной инвалидной коляской Уолтера, то осталось только поговорить о причинах, вынудивших де Нолента пойти на Черепашью террасу. Если еще нет — обязательно нужно это сделать. Впрочем, объяснение у адвоката найдется, более того — на первый взгляд вполне правдоподобное.

Исчерпав все варианты диалога, мы покинем рабочий кабинет де Нолента и вновь отправимся на поиски Сони и Лоренцо: у инспектора появились к ним вопросы. Возможно, Соня и Лоренцо обнаружатся на 17-м этаже. Здесь располагается механическая мастерская, она в нашем случае почему-то числится «кладовой» (на которую, как ни крути, помещение не слишком похоже — что-то тут напутали). Из-за недостроенности здания в системе жизнеобеспечения отеля то и дело возникают разнообразные проблемы, и единственный человек, который хоть что-то в этом понимает и может исправить, — архитектор собственной персоной. К сожалению, у него только две руки, и заменить ремонтную бригаду он тоже не может.

Помимо ответов на вопросы, на 17-м этаже нас ждет ряд любопытных и полезных находок: если пройти от лифта вправо и до конца, Норм подойдет к стеллажу со всякими полезными мелочами — такими, к примеру, как перчатки сварщика, защитные очки, отвертка и паяльная лампа. Кроме того, рядом с этим изобилием мы найдем еще один предмет нашего интереса: шредер для бумаги, с которым пока что ничего нельзя сделать. К сожалению.

Что ж, коль скоро наши свидетели опрошены, а графитовый порошок скучает в одном из многочисленных карманов куртки бравого инспектора, можно отправиться обратно к тому обрыву, над которым своеобразным памятником покойному миллионеру возвышается изрядно побитое жизнью кресло на колесах. Графитовый порошок проявит для нас отпечатки пальцев (что, прямо скажем, несколько странно по такой погоде), их можно будет запечатлеть, а затем отправиться к хижине Колио — снимать отпечатки пальцев нашей подозреваемой.

Как нетрудно догадаться, отпечатки совпадут — впрочем, это еще ни о чем не говорит. Разговор с девушкой тоже ничего нам не даст, как и беседа с ее отцом. Непростое это дело — собирать такую мозаику.

Вернувшись в Башню, инспектор отправится навестить Марко и Кристину (14-й этаж, номер слева от двери), а поговорив с ними, постучит в дверь напротив — это номер Мартина и Сони.

Никого...

И если Соня, скорее всего, до сих пор помогает занятому ремонтом Лоренцо, то Мартин может оказаться почти где угодно, к примеру — на вертолетной площадке. Тем не менее его нужно найти.

Следующим номером программы станут Клара и Билли Джонс — Клару мы, скорее всего, найдем в их комнате, на 15-м этаже, а ее мужа — на этаже L2, в гостиной, где он играет на фортепиано. И даже не в покер.

Расспросив и его по всем пунктам списка, принимаемся за обстоятельный ответ на вопрос «Кто находился на Черепашьей террасе в ночь смерти Уолтера Джонса?» (поскольку активны могут быть несколько кусочков паззла, следует обращать внимание, на какой именно вопрос мы отвечаем).

Итак, в правую панель, ориентируясь на типовые обозначения улик и доказательств, мы помещаем показания де Нолента о том, что он видел на террасе Лоренцо и что Лоренцо и Баина в ночь убийства находились вне Башни. Затем — показания Лоренцо: он видел, как Уолтер Джонс напал на Баину, а потом у подножья Башни столкнулся с Нолентом, который куда-то очень торопился. Теперь в доказательную базу нужно поместить бусины из ожерелья Баины, снимок следов Нолента, оставленных на земле возле фонаря в самом начале мощеной дороги к Башне, отпечатки пальцев Баины, взятые с инвалидной коляски покойного, и ее же следы. Кусочек ткани от пиджака Лоренцо завершит композицию, и таким образом мы и наш РРА получим четкий ответ на заданный вопрос: в ту ночь на Черепашьей террасе помимо самого Уолтера были еще трое — Баина, Нолент и Лоренцо.

Теперь можно и нужно снова потревожить де Нолента и расспросить его о сложных взаимоотношениях туземной красавицы и ныне покойного миллионера. А потом заняться еще одной частью паззла: вопросом «Что произошло между Баиной Джумху и Уолтером Джонсом на Черепашьей террасе?».

Снова открываем РРА и, удостоверившись, что не перепутали вопросы, принимаемся складывать в копилку слева наши аргументы: показания Лоренцо, который утверждает, что видел, как Уолтер Джонс пытался напасть на Баину; слова де Нолента о том, что Баина столкнула Джонса с обрыва; бусины из ее ожерелья; фотографию лица покойного крупным планом; снимок, из которого следует, что кресло незадолго до гибели миллионера двигалось по странной траектории, и снимок — практически идентичный предыдущему — на котором запечатлены хаотические следы ног на песке.

Ответ: между Баиной и У. Джонсом возникла ссора, которая привела к его падению.

Шторм над островом Сагора. День второй

Этот день начнется с данных аутопсии, за которыми нужно идти к де Ноленту. Факс, присланный с Большой Земли, свидетельствует о том, что Баина вряд ли могла быть виновной в гибели Уолтера Джонса: смерть наступила вследствие огнестрельного ранения в спину. Пуля калибром 7 мм застряла в теле, что неудивительно: весил покойный, как хорошо отъевшийся секач.

Итак, у нас есть ответ на вопрос о причинах смерти Уолтера: перетаскиваем на нужную клеточку факс с данными аутопсии. Смерть У. Джонса — результат преступления.

Заодно прочитаем и присланное Норму поручение на проведение расследования. Потом из верхнего ящика стола достанем один любопытный документ: отказ поместить Уолтера Джонса под наблюдение психиатра, подписанный Соней Абруцци и Билли Джонсом (честное слово, прямо так в официальном документе и пропечатано: «Билли Джонс»).

Из среднего ящика Норм достанет письмо, адресованное адвокату Джонсом: миллионер вполне исчерпывающе излагает свое мнение о внуках и об их идее психиатрической экспертизы. В нижнем ящике лежит извещение, присланное де Ноленту компанией «Вертер и Вертер», о том, что Соня Абруцци и Билли