Daemonica: Зов смерти

В мире людей всегда найдется место злу столь разнообразному, что сам дьявол не может вообразить всю его силу. Человечество давно погрузилось бы во мрак, но по городам ходят люди, посвятившие себя профессии зверолова. Они выслеживают и убивают зверей в человеческом обличье: детоубийц, отравителей колодцев, поджигателей. Иногда они приходят по приглашению, иногда сами идут за слухами. Себя эти люди называют Хареш аль-Дорем — «те, кто говорят с мертвыми». Звероловы — изгнанники: люди не могут принять их кровавые методы. Один неверный шаг, и их миссия закончится на костре.

Звероловы раскрывают преступления с помощью необычной способности — они умеют разговаривать с мертвыми. С помощью специального зелья они симулируют смерть, чтобы вызвать демона и перенестись в Храм Жертвоприношений — своеобразное окно в мир мертвых. Древний язык демоника позволяет звероловам общаться с демонами и побуждать их к нужным действиям. Разговаривающие с мертвыми не могут использовать зелье в любой момент: необходимо находиться вместе с телом в каком-нибудь укромном месте, скрытом от чужих глаз. Если разговор уже состоялся, повторно вызвать ту же душу не получится.

Демон переносит зверолова в центр Храма Жертвоприношений, где он должен выбрать комнату в зависимости от рода смерти собеседника (что интересно, зала для умерших своей смертью не предусмотрено). В комнате остается сказать правильные слова перед тремя алтарями.

Для алтаря пути — указать смысл жизни искомого: власть, любовь, деньги, знания... Для алтаря знака — время года, в котором был рожден умерший (звездочет Норвед — зима, пастырь снов Лертьян — весна, ткач времени Таланос — лето, кузнец судьбы Рефен — осень). У алтаря демона — назвать имя демона: Дан-эн-ян или Маргет-эн-дрият. Звероловы всегда выбирают первое имя: Маргет-эн-дрият способен вернуть жизнь, но из разговора с ним еще не вернулся ни один Хареш аль-Дорем. Если все слова правильны, зверолова ждет свидание с душой погибшего в Зале Откровений.

Одним из звероловов стал сын английской королевы Изабеллы и графа Роджера Мортимера. Джон Мортимер родился в 1324 году во Франции, а когда его отец был казнен новым королем Англии Эдуардом III, ему в целях безопасности изменили имя на Николас Фэрпойнт. Сначала незаконнорожденный сын королевы был наемником, а позже стал скитаться по свету, пока не встретил свою наставницу по имени Клэрис. Именно она направила его по пути Хареш аль-Дорема...

Травы и зелья

Одинокий путешественник вынужден сам готовить зелья, чтобы исцелиться или совершить магический ритуал. Сначала нужно собрать травы для выбранного зелья в специальную сумку, а затем смешать по рецепту в заранее подготовленном укромном месте.

  • Пурпурный бурьян — самое распространенное растение, встречается почти везде. Полезен тем, что входит в лечебные зелья. В первые дни бурьян встречается в избытке, ближе к последнему дню запасы окажутся очень кстати.
  • Водная дрема — пожалуй, одно из самых ценных растений, потому как нужно почти во всех зельях. Растет только возле рек, озер, луж и прочих водоемов, часто встречается на болотах.
  • Каменная слеза — белый цветок, растущий исключительно возле гор. К примеру, на скале, где построен монастырь, и неподалеку возле нее.
  • Сатанинская удача — редкое растение, хотя встречается на любом типе почвы, в том числе даже в черте города.
  • Гвинлок — желтый болотный цветок с неприятным запахом. Нужен достаточно редко, так что недостатка в нем нет.

На заметку: если зверолову предстоит приготовить важное зелье, он рано или поздно найдет все ингредиенты: трава вырастает на одних и тех же местах, хоть и с непредсказуемым периодом.

Из собранных растений готовятся зелья. Некоторые полезно пить самому, другие — подмешивать врагу.

  • Душехват — основное зелье звероловов. Применяется в ритуале разговора с мертвыми. Состав: гвинлок — 2, водная дрема — 2, сатанинская удача — 1, каменная слеза — 2.
  • Сонные глаза — мощное снотворное, которое из-за неприятного запаха нужно смешивать с другими напитками. Состав: гвинлок — 1, водная дрема — 1, сатанинская удача — 1.
  • Дыхание Снии — легкое лечебное зелье, восстанавливающее треть здоровья. Названо в честь женщины, обладавшей выдающимися лечебными способностями. Состав: пурпурный бурьян — 2, водная дрема — 2.
  • Прикосновение Снии — лечебное зелье, вдвое сильнее простого. Состав: пурпурный бурьян — 3, водная дрема — 3.
  • Глаз Азраима &mdashназвано по имени демона, давшего людям зрение. Позволяет видеть предметы, незаметные обычным взором, но в то же время постепенно отравляет выпившего. Состав: серпентика (свободно не растет) — 1, каменная слеза — 1, гвинлок — 2, сатанинская удача — 2.

Роли

  • Николас Фэрпойнт — главный герой, бродячий борец с преступностью. Острый меч сочетается у него с непоколебимой уверенностью в себе. Успешно ловит маньяков и «просто плохих парней», чему весьма способствует умение разговаривать с мертвыми. Вынужден постоянно разгадывать детективные загадки, но скоростью мышления не блещет.

На заметку: двойной щелчок мыши заставит Николаса сменить прогулочный шаг на бег.

  • Элеанор Вудбридж — погибшая девушка. О ней не известно ничего ценного, а тело уже сожгли.
  • Роджер Данкомб &mdashгробовщик, жених Элеанор, обвиненный в ее убийстве. Собирался жениться и уехать из города, для чего учился на кузнеца.
  • Филипп Сент-Джон, мэр города Каворн. Типичный чиновник, цель жизни которого — власть. Моральными принципами не отягощен, готов на все ради власти и во имя общественного мнения. Найти его можно дома или в трактире.
  • Хелен Сент-Джон, жена мэра. Странная красивая девушка, переехавшая вслед за нелюбимым мужем из процветающего края в погибающий город Каворн. Руководствуется собственными понятиями о чести. Младше мужа на двадцать четыре года.
  • Эмма — веселая служанка в доме Сент-Джонов. Живет у Хелен с четырнадцати лет, переехала за ней даже в Каворн. Очень страдает в мрачном городе.
  • Джон Кобб — кузнец и бывший воин, способный научить кое-каким премудростям боя на мечах. Вспыльчив, но всегда рад помочь, увидев честные намерения. Близкий друг Роджера Данкомба.
  • Саймон Линс — рыбак и просто веселый парень, скучающий в небольшом городе. Брат умершей жены кузнеца. Друзей в Каворне у него почти нет, что наводит его на мысли об отъезде.
  • Галфрид Лимси — землевладелец, самый богатый человек города, стабильно несущий убытки из-за неурожаев. Пессимизм предпочитает топить в ближайшем трактире. Главное для него — собственная честь.
  • Джон Лимси — молодой бездельник и хам, пасынок Галфрида Лимси. Мечтает выбраться из Каворна как можно скорее.
  • Старик Харрел — местный сумасшедший, помешанный на каком-то богатстве. Никто не воспринимает его всерьез.
  • Мери Харрел, крестьянка, жена сумасшедшего, отчего и страдает. Разговаривать обычно отказывается, сосредоточена на сельском хозяйстве.
  • Роберт Моллинз — совершенно нетипичный трактирщик, явно не заинтересованный в новых клиентах. Сплетничать о жителях города отказывается, а к чужакам относится с подозрением. Судя по всему, всю выручку ему обеспечивают мэр и Лимси-старший.
  • Мод Литкотт — старая травница, много знающая об окружающем мире. Время от времени несет откровенный бред, а разговор то и дело прерывается безумными видениями. Впрочем, жители города все равно предпочитают лечиться у нее, а не у доктора.
  • Клемент Бейкер — официальный врач города, но он больше занимается теорией, чем практической терапией. Образованный и любознательный человек, даже в провинциальном Каворне он нашел для себя тайну. Способности к лечению — минимальны.
  • Майкл — настоятель монастыря, здравомыслящий, но доведенный до отчаяния человек. Готовится к концу света.
  • Фабиус — таинственный путешественник, преследующий какие-то свои цели. Обладает официальной властью.

История зверолова

Акт первый. Слепое правосудие

— Проваливай, в нашем городе бродяги не нужны!

Стражник покрепче взялся за алебарду и хмуро посмотрел на странника. Грязная куртка, нестриженая рыжая грива под капюшоном, рука в татуировках и меч за спиной не предвещали встречи с добропорядочным гражданином. Звуки грома только подтверждали мрачные предчувствия, а ливень шептал что-то недоброе.

— Мое имя Николас Фэрпойнт, я пришел по приглашению мэра!

— В нашем городе нет места ворам, убирайся!

— Почему вы так негостеприимны к простым путникам?

— Тебе нечего делать в этом забытом богом месте, ворота Каворна закрыты для чужаков! Я уже несколько недель не видел солнца, даже ветер не может разогнать спертый воздух. Черная смерть скоро заберет нас всех! Ты думаешь, я слепой? Ты просто один из разбойников, что только и ждет нашей гибели.

«Эх, сейчас достать бы меч и добавить местным немного мудрости, — думал Фэрпойнт, — я сумею остановить лезвие у его горла, зато впредь стражники будут повежливее».

— Вот письмо с подписью мэра.

Ворота медленно открылись, из-за них показался пожилой толстяк.

— Здравствуйте, мистер Фэрпойнт. Я — мэр Сент-Джон, я провожу вас к дому, где мы сможем поговорить.

Николас молча пошел за мэром по городку. Время от времени он ловил на себе хмурые взгляды, но попытки заговорить ни к чему не приводили. Наконец мэр свернул к небольшому домику на краю городка.

— Надеюсь, этот дом подойдет вам. Он такой же, как вы использовали в других городах. Теперь поговорим о делах. После того как я отправил вам письмо, произошло ужасное событие: была убита девушка по имени Элеанор Вудбридж. Тело изуродовано, повсюду кровь, а кожа со спины девушки содрана. Мне даже сейчас трудно вспоминать об этом.

— У вас сохранилась кожа?

— Что, простите?

— Вы нашли кожу?

— Как вы можете спрашивать о таком?! Никто из нас не мог думать об этом в тот момент. Впрочем, можете спросить доктора, он занимался телом.

— Ясно.

— К счастью, мы уже нашли преступника. Им оказался гробовщик Роджер Данкомб, жених Элеанор. В его доме нашли тело, он сам был рядом, а на его руках была кровь. Мы сразу же связали его, а утром повесили.

— Он признал себя виновным?

— Вы что, не слышите меня, мистер Фэрпойнт? Мы нашли тело в его доме, он был рядом, весь в крови. Данкомб и не мог сознаться, он совершенно обезумел.

— Чего же вы хотите от меня?

— Очевидно, Данкомб причастен и к исчезновению Грееров. Найдите доказательства виновности Данкомба, это наверняка не составит труда.

Остаток разговора мэр жаловался на катастрофический неурожай и прочие беды. Николас устало сел на кровать: ему совсем не нравилось развитие событий. Наверняка несчастный гробовщик невиновен, а мэру было важно как можно скорее казнить хоть кого-нибудь для поддержания авторитета. В любом случае, предстояло много работы, и Фэрпойнт решил не ложиться спать, пока не найдет преступника. К сожалению, тело Элеанор сожгли, и поговорить с ее духом стало невозможно. С другой стороны, было о чем поговорить с живыми, да и Данкомб еще болтался на виселице. Николас осмотрелся: дом выбран удачно, подходил и подвал, оставалось лишь найти замок.

Первым собеседником стал кузнец Джон. Тот сразу же признался в нелюбви к мэру, что, впрочем, неудивительно — ко всему он был еще и другом повешенного Данкомба. У него же был и замок, правда, ключ потерялся где-то на болотах. Вытянуть из кузнеца остальные сведения оказалось несложно: он сразу предупредил, что не будет сплетничать о пороках мэра, и тут же, без всякой паузы, сообщил массу компрометирующих фактов.

Недалеко, в самом центре города, расположился трактир. В первом разговоре мэр признался, что его можно найти лишь в трактире и дома. Действительность только подтвердила эти слова. Остальные посетители, увы, оказались бесполезны: похоже, никто в городе не общался с супругами Греерами. Особенно разочаровал хозяин Моллинз: в других городах трактирщики обычно чрезвычайно болтливы, а этот наотрез отказался давать любую информацию. Старик Харрел и вовсе оказался сумасшедшим — постоянно болтал о каких-то голосах и золоте.

В доме мэра, удачно построенном прямо напротив трактира, была лишь служанка Эмма, которая явно не интересовалась политикой, зато охотно рассказала о своих знакомых. Аналогично повел себя и веселый рыбак Саймон. Доктор Бейкер, живущий на юге, сослался на занятость и вообще отказался общаться. Впрочем, он обещал рассказать что-то важное следующим утром — ну, и на том спасибо. Ну и, наконец, стражники лишь пожаловались на жажду. По сумме, все собеседники Фэрпойнта были согласны лишь в одном: город медленно умирает. Особняком стоял лишь Джон Лимси, пасынок землевладельца, — казалось, он вовсе не интересуется жизнью города.

В районе северных болот Фэрпойнт встретил юную жену мэра — Хелен. Разговор вышел настолько странным, что зверолов не взялся бы даже примерно пересказать его. Девушка явно была несчастна вдалеке от своих родителей, в городе, где единственное ее развлечение — бродить по болотам. Хелен призналась, что предвидит много смертей, но не может уйти отсюда, как актриса не может покинуть сцену раньше времени. Николас на секунду прикрыл глаза: совсем недавно он слышал о другом городе, где жители считали себя актерами... В общем, все это не навевало оптимизма. Встреча с травницей Литкотт и вовсе состояла из сплошных предостережений. Знакомство с городом завершил осмотр места убийства. Все было так, как и описал мэр: много крови и ничего более.

Николас решил, что избавиться от гнетущей атмосферы сможет лишь одним способом: действовать, да поскорее. Первым делом нужно было найти ключ от замка. Фэрпойнт отправился на болота и медленно обошел маленькие озера на востоке. В одном из них (на востоке) он заметил странный блеск — это и был ключ. Достать его с ходу не получилось, и зверолов сразу вспомнил о рыбаке. Но Саймон наотрез отказался отдавать удочку (а вы бы отдали?), но пару раз неосторожно обмолвился об Эмме. Фэрпойнт понял: наконец-то ему улыбнулась удача, и он возьмет за живое хоть кого-то в этом городе. Не мешкая и не устраивая лишних интриг, он рассказал Эмме и Саймону о взаимных чувствах. Пока рыбак отходил от нахлынувших эмоций, Николас воспользовался моментом и уговорил его достать ключ из болота. Не прошло и нескольких минут, как первая проблема осталась позади.

Вскоре стало понятно, что живые не горят желанием сотрудничать с чужаком. Остался последний выход — поговорить с мертвецом, заботливо приготовленным на виселице. Первым делом Николас попробовал просто забрать тело, но стражник явно не понял благих намерений охотника. Самые неглубокие знания психологии стражников говорили, что делу наверняка поможет кувшин вина, и Фэрпойнт по старой памяти направился в трактир. Трактирщик продолжил удивлять путешественника, сразу отказавшись дать хоть каплю вина для стражников: он тоже явно был не в восторге от чужаков в городе. Единственное, что удалось раздобыть, — сосуд для вина, да и то пришлось немного проехаться на авторитете мэра. Недолго думая, Николас пошел к Эмме и потребовал награду за счастье: вино из старых запасов. Приготовить сонное зелье и добавить его в вино не составило труда, так что вскоре стражник сладко храпел, а зверолову впервые пригодился меч — пришлось перерубить веревку на виселице.

Фэрпойнт залпом выпил зелье, упал на колени и схватился за приготовленные ремни. Все закрутилось перед его глазами, а тело сотрясли первые судороги. Когда демон Дан-эн-ян появился, чтобы забрать душу, Николас прочел заклинание на древнем языке создания — демонике. Когда зверолов открыл глаза, он уже был в храме. Выбрал дверь с изображением повешенного, подошел к алтарям... Первый вопрос — смысл жизни Данкомба — не вызвал трудностей: ясно, что тот жил ради любви к Элеанор. Дату рождения Данкомба достать было сложнее, но Николас прикрыл глаза и вспомнил первый разговор с кузнецом: «В сентябре ему исполнилось бы девятнадцать». Слова для второго алтаря — Рефен, кузнец судьбы. Осталось лишь вызвать демона Дан-эн-яна с душой Роджера. Вскоре раздался тихий голос.

— Что ты хочешь, зверолов?

— Я хочу справедливости.

— Справедливость? Кровь не знает справедливости, справедливость не вернет кровь, вытекшую из ран. Оставь мертвецов в покое, Фэрпойнт!

— Ты не хочешь, чтобы убийца твоей возлюбленной был наказан?

— Наказание не вернет ее, уходи, Фэрпойнт!

— Я не дам тебе покоя, пока не услышу ответы!

— Тише, тише. Спрашивай.

— Я знаю, ты не убивал ее. Что случилось?

— Ты знаешь, Фэрпойнт? Что ты можешь знать? Впрочем, ты тоже прошел через подобное... Я не убивал ее. Когда я пришел домой, она уже была мертва. Но я слышал, как она говорит со мной, она обвиняла меня в своей смерти. Это было страшно, Фэрпойнт, слишком страшно для человеческого разума.

— Мне нужна хоть какая-нибудь зацепка, хоть что-нибудь...

— Найди брошь, она лежала на кровати. Очисти брошь и очисти мое имя.

— Что ж, я найду ее.

— Последняя просьба, Фэрпойнт. Я не хочу, чтобы мое тело сожрали черви. Сожги его, Фэрпойнт.

— Хорошо, я сделаю это.

— Ты дал свое слово!

Едва Николас пришел в себя, он отправился к мэру. Помявшись, Сент-Джон сказал, что нашел брошь, но не придал ей значения и выбросил где-то. Продолжать разговор мэр отказался. Недолго думая, Фэрпойнт попросил помощи у кузнеца, и через несколько минут мэр был вновь готов к диалогу: оказалось, что брошь выбросили неподалеку от дома Данкомба, на кладбище. Вскоре Николас нашел брошь под кустом возле дома. Выяснить, что брошь принадлежала Джону Лимси, было уж и вовсе делом пустяковым.

После краткого допроса Лимси рассказал, как нашел Элеанор тяжело раненной у моста, ведущего к монастырю. Ворота монастыря никто не открыл, и Элеанор умерла на руках у Джона. Лимси перенес ее в дом Данкомба, чтобы отомстить Роджеру: он не мог простить, что девушка отвергла его из-за какого-то гробовщика. Закончив монолог, Лимси выхватил меч и кинулся на Роджера. Молодой землевладелец оказался серьезным противником, но Фэрпойнт все-таки одолел его: спустя несколько минут разъяренная толпа схватила Лимси и унесла прочь.

Теперь ничто не мешало выполнить обещание, данное Данкомбу. Можно было бы, конечно, попросту плюнуть на это, но Николас был уверен: добрые дела зачтутся в будущем. Перенеся тело на погребальный костер неподалеку от злополучного моста, он нашел трутницу в доме Данкомба и развел огонь.

Наконец совесть позволила Николасу лечь спать. Конечно, настоящий убийца не был наказан, но один преступник — уже неплохой улов. Фэрпойнт устало отдался в объятья кошмаров.

ВТОРАЯ СТРАНИЦА

Акт второй. Голос в темноте

Едва Фэрпойнт проснулся, он понял: произошло новое убийство, и рядом со своим домом он нашел свежую кровь. Чувства подсказывали: это кровь рыбака Саймона. Чтобы не сеять панику, Николас сообщил о своих подозрениях только мэру.

Не придумав ничего лучше, зверолов отправился к доктору Бейкеру, чтобы продолжить вчерашний разговор. День начинался явно неудачно: подготовленную Бейкером хронику истории Каворна кто-то украл. Фэрпойнту осталось только одно — расследовать кражу. За домом, кстати, явно кто-то наблюдал: об этом свидетельствовали примятые стебли растений на поле. Следующий этап расследования — разговор с владельцем поля, Галфридом Лимси. Тот, оказалось, не держит зла на Фэрпойнта за гибель пасынка: его куда больше интересует собственная честь. Землевладелец сообщил, что заметил на поле Харрела. Найти упомянутого старика — задача непростая, и Николасу пришлось обратиться к травнице Литкотт. Та согласилась помочь, затребовала для процесса специальную травку, которую здесь зовут «змеиным языком». Все бы ничего, но найти ее без изрядной дозы «Глаза Азраима» в крови — задача невыполнимая. А зелье это хоть и наделяет особым зрением, но постепенно убивает выпившего, по крупице отбирая его жизнь...

Зверолов нашел на болотах странное сооружение, выпил зелье и побежал на север. Травница сказала, что путь укажет какая-то птица, но вокруг летали целые косяки крылатых тварей, и Николас просто побежал куда глаза глядят (а глядели они на восток) и стал искать нужную траву на берегу. Через несколько минут он нашел ее у мостика, с чем и вернулся к Литкотт. Искусство травницы подсказало, что Харрел сейчас в шахте, к востоку от городских ворот. Фэрпойнт отправился к мэру, но тот отказался выпускать зверолова из города без важной причины.

Раздосадованный, Фэрпойнт вышел от мэра и побрел домой. Но добраться до дома ему было не суждено — по пути встретился монах-бенедиктинец, пригласивший зверолова в монастырь. Встреча с настоятелем Майклом вышла на удивление краткой. Один из монахов решил спрыгнуть со скалы, и настоятель попросил Николаса поговорить с покойным. Самоубийца оказался не разговорчивее других, менее суицидальных, жителей города — он лишь сказал, что монастырь потерял свое сокровище. Нужно отметить, что смерть монаха оказалась на руку зверолову: появилась веская причина выйти за город. Он переговорил с настоятелем, вызвался принести тело и узнал, что же это за «сокровище» — оказывается, из монастыря пропал драгоценный камень, по легенде составлявший часть лежанки, на которой Христос якобы восстал из мертвых.

На этот раз мэр не стал возражать против того, чтобы выпустить зверолова за город. Фэрпойнт подошел к воротам, потратив лишь несколько минут, чтобы найти охранника (тот спрятался на вышке), и пошел к месту гибели монаха. Мертвеца обнаружить не удалось, зато Николас встретился с разбойником. Зверолов выяснил, что тело сброшено в озеро, убил разбойника и забрал одежду монаха, попутно удивившись, зачем разбойник раздел самоубийцу.

Закончив дела у скалы, Николас отправился к шахте. Зажигая факелы, он продвигался все глубже, пока не наткнулся на труп Харрела. Осмотреть тело он не успел: из темноты набросилось какое-то грязное существо. По странному бормотанию в оборванце можно было узнать пропавшего Греера:

— Фэрпойнт! Греер видит Фэрпойнта. Греер возьмет Фэрпойнта и покажет. Не нужно живых. Фэрпойнту не нужно жить, пусть лучше он умрет!

После яростной схватки зверолов проткнул Греера мечом. Греер пошатнулся, но вовсе не упал, а просто скрылся в глубине шахты со скоростью, сделавшей бы честь молодому спортсмену. Николас осторожно вытер вонючую кровь с меча и собрался с мыслями. Это, без сомнения, был Греер, но кожа свисала лохмотьями, а в воздухе еще витал запах гниющего мяса. Решив пока не делиться ни с кем неутешительной новостью, он одел труп Харрела в тряпье монаха и вернулся в город. Пришло время поговорить с Харрелом, но если смысл его жизни был ясен, то дату рождения предстояло выяснить. Жена Харрела, грустно созерцавшая темноту на южной окраине деревни, вспомнила: Харрел родился в день Святого Патрика.

Это важно: день Святого Патрика — 17 марта.

Комната убитых оружием, богатство, Лертьян — вот путь к душе Харрела. Несколько минут, и Фэрпойнт оказался наедине с духом сумасшедшего. Даже смерть не излечила несчастного — он был по-прежнему скорбен рассудком, зато щедр на бред. Из его бормотания было ясно, что какой-то голос обещал ему богатство за бумаги доктора. Харрел с бумагами явился в шахту за наградой, и там его зарезал Греер.

Дел осталось немного: рассказать о судьбе монаха в монастыре и поговорить с доктором. С настоятелем монастыря проблем не возникло, но Бейкер совершенно отчаялся в свете последних событий. Узнав, что записи пропали в шахтах, он предсказал ужасные бедствия и пообещал поделиться подробностями утром следующего дня. Фэрпойнт слишком устал, чтобы отнестись к его словам подозрительно. Но спокойно поспать ему снова не удалось: кошмары продолжали преследовать зверолова. Среди полуночного бреда отчетливо звучал один голос: «Ты хочешь погасить пламя, но несешь факел. Зачем ты пришел, странник? Ты хочешь залечить старые раны, но продолжаешь обнажать их своим мечом. Зачем ты пришел, странник? Ты есть погибель. Ты есть проклятье. Ты и твоя порченая кровь. Уходи, странник».

Акт третий. Тени прошлого

Фэрпойнт проснулся от сильных ударов в дверь. На пороге стоял хмурый человек в серой одежде.

— Надеюсь, я вас не потревожил? Позвольте представиться. Меня зовут Фабиус. Перейдем к делу: я хочу попрощаться с вами, мистер Фэрпойнт.

— Только приехали — и уже уезжаете?

— Ценю ваше чувство юмора. Я действительно приехал недавно, а вот уехать придется вам.

— Но это огромная ошибка!

— Я думал, вы будете мудрее... Что ж, тогда я желаю вам удачи. Да, еще: если увидите доктора Бейкера, передайте, что я его ищу. Прощайте.

Опрос жителей города не помог узнать ничего нового о загадочном Фабиусе: он никому не нравился, но только и всего. Отложив мысли о чужаке на более подходящее время, Николас отправился на долгожданный разговор с доктором. Увы, в его доме не нашлось хозяина, зато там был мэр. Похоже, присутствие в городе зверолова раздражало его все сильнее.

Результатом допроса стражника на вышке стал малоприятный факт: Бейкер покинул город. Вздохнув, Фэрпойнт снова отправился в шахты. В шахтах его ожидало новое свидание с Греером, которое наконец-то закончилось для последнего летально. Рядом нашелся и тяжело раненный доктор: чтобы перенести его в город, пришлось потратить одно большое или два маленьких зелья. Но все усилия по спасению жизни доктора оказались тщетны: Бейкер умер от отравления. К облегчению Фэрпойнта, перед смертью доктор успел сказать месяц своего рождения — июнь. Да, такого предсмертного вопроса доктор явно не ожидал — вы бы видели его лицо!

Продолжить разговор удалось уже с духом доктора. Бейкер сохранил четкость мысли и наконец-то поведал тайны города Каворн. Его рассказ превратился в долгий монолог об ужасе английского городка и начинался с древних времен. Итак...

Все началось много веков назад. У древних римлян была традиция трижды в год открывать Mundus Cereris — врата в мир духов и мертвецов. Римляне приносили им различные жертвы, чтобы умиротворить. Тогда мирные демоны выходили из врат и гуляли по улицам города. В одно жаркое лето, примерно через девяносто лет после рождения Христа, ритуал прошел не так: один из злых могущественных демонов вырвался в мир людей. Он захватил тело одного из жрецов и начал исследовать мир. Он так очаровал демона, что тот захотел стать его повелителем. Демон стал набирать силу: по ночам он охотился на жителей Рима. Прошло почти две недели, прежде чем выяснилось, что убийца — жрец. Демон яростно сражался и убил многих стражников, но его все же удалось одолеть. Мудрецы сделали специальную клетку, поместили туда адское отродье и заперли его с помощью двух ключей. Однако было понятно, что демона нельзя оставлять в Риме: тучи закрыли Солнце, люди и животные начали болеть. Краем мира для римлян была Британия, и именно туда они отвезли клетку. Со временем место заточения стало тайной. Но около тридцати лет назад в Каворне начались бедствия. Это демон рвется на свободу...

Кроме массы подробностей, доктор сообщил важную деталь: один из ключей до сих пор спрятан в Каворне. На место хранения указывает загадка: «Там, где я стоял, осень уже закончила свое правление, но весна еще не проснулась. Она спала, как спали мертвым сном трупы, лежащие вокруг. И перед моими глазами, в той стороне, где засыпал день, я нашел то, что искал». Слова Бейкера прояснили ситуацию, и Фэрпойнт решил найти камень. Загадка ясно указывала: ключ спрятан на кладбище.

Среди могил зверолов встретил Фабиуса. Проводить раскопки при нем было бы глупо, а единственный способ убрать его — найти стражника по имени Роберт Отли. Стражник исследовал болота к северу от хижины травницы.

Когда Фабиус ушел, Фэрпойнт принялся за дело. Первая часть загадки намекала на мертвеца по фамилии Винтер, а третья предлагала копать к западу от могилы. Лопату, как и следовало ожидать, Николас нашел в доме гробовщика. Через несколько минут в руках зверолова оказался камень, который искали уже много веков.

По пути назад Фэрпойнт поднял с земли обрывок ткани возле одного из склепов. Ведомый животной интуицией, он решил зайти в монастырь. Там оказалось, что пропали два монаха: обрывок ткани оказался важной уликой. Настоятель пообещал обследовать кладбище и резонно попросил зайти позже.

Возвращаясь в город, Николас решил навестить травницу. И снова труп! В хижине зверолов застал странное существо над бездыханным телом Литкотт. Не раздумывая, он порубил монстра на куски, а закончив сражение, тут же осмотрел труп: травница была вовсе не растерзана, а аккуратно задушена. Здесь крылась какая-то тайна, поэтому оставалось только отнести тело в подвал и поговорить с ним.

Усадив тело старухи на скамейку, зверолов принялся было готовить зелье, но его прервал тихий голос: на него пристально смотрела Хелен.

Оставьте ее, Николас. Пусть она спит, прошу вас. И в следующий раз не забудьте закрыть за собой дверь.

— Хелен? Уйдите, это не для ваших глаз!

— Нет, я останусь. Всю жизнь я искала свою судьбу, ждала чего-то. Я не знаю, как вы ко мне относитесь, но я решила остаться с вами. Вы не обязаны меня любить, но не пытайтесь избавиться от меня.

— Но вы не знаете, кто я на самом деле такой...

— Вы считаете меня идиоткой, Николас? Послушайте меня. До этого момента я не жила по-настоящему. Я не знаю, что стало причиной моего пробуждения, но я изменилась. У меня начались видения, странные сны, я поняла, что за кровь течет у меня в венах. Позвольте мне самой выбирать, что для меня лучше.

Признание в любви звучало особенно откровенно в подвале, заваленном трупами. Зверолов долго смотрел на девушку, чувствуя в ней какую-то странную внутреннюю силу. Она протянула руку, и пара поднялась по лестнице. Когда они вышли из дома, женщина светилась от счастья. Внезапно неслышимую музыку прервал резкий голос.

Так-так, что это у нас тут? Моей благоверной женушке понравился наш дорогой гость? Как мило! Ты не оставишь нас на пару слов, дорогая? Я с тобой поговорю позже, а сейчас я хочу сделать вам определенное предложение, мистер Фэрпойнт.

— Какого рода предложение?

— Может быть, вам сложно это понять, но мы стоим на пороге новой эры, нового мира. Мира, в котором Сент-Джон будет играть огромную роль. Мира, где найдется теплое местечко и для вас.

— Думаю, я знаю, о чем вы говорите.

— Знаете? Отлично! Тем более нам нужно обсудить это, приходите в мой дом.

Мэр удалился быстрым шагом. Когда Фэрпойнт вошел в его дом, Сент-Джон уже сидел за столом.

— Я рад, что вы пришли. Присаживайтесь, выпейте вина! Нам многое нужно обсудить. Господин знает все про вас.

— На данный момент ваш Господин заперт под землей.

— Это правда, но два ключа уже близко, очень близко... Один я могу забрать прямо сейчас, как вы думаете?

— Как... Господи, голова кружится...

— А конечности тяжелеют, верно? Этот яд — из моих любимых: действует он быстро, а смерть, напротив, от него медленная.

— Что будет с Хелен?

— Тише, Николас. Не волнуйтесь за Хелен, ее смерть была быстрой.

Голос мэра растворился в нарастающем гудении. Похоже, способность разговаривать с мертвыми окончательно притупила осторожность зверолова. В одном ему повезло: мэр выбрал яд, к которому Фэрпойнт был частично приучен. «Я верну Хелен», — подумал он и уцепился за эту мысль. Постепенно тьма рассеялась.

Акт четвертый. Нападение тьмы

Первое, что увидел Фэрпойнт, выйдя от мэра, — кузнеца над трупом странного существа. Оказалось, что на город за это время началось повальное нападение монстров, стражники сдерживали их у болот, а люди попрятались по домам. Кузнец прекрасно справился с самозащ