Tales of Monkey Island: The Trial and Execution of Guybrush Threepwood

04.02.2010 03:37

— А что это за шаги такие на лестнице? — спросил Коровьев, поигрывая ложечкой в чашке с черным кофе.

— А это нас арестовывать идут, — ответил Азазелло и выпил стопочку коньяку.

— А, ну-ну, — ответил на это Коровьев.

Михаил Булгаков, «Мастер и Маргарита»

Четвертая глава Tales of Monkey Island от Telltale Games, носящая красноречивое название The Trial and Execution of Guybrush Threepwood, возвращает нас, а точнее, нашего героя на остров Флотсам, где и заварилась вся эта увлекательная каша.

Хотя, если позволить себе чуточку педантизма, придется признать, что каша заварилась не на самом острове, а чуть севернее, у скалы Гелато. Собственно, о том, как все начиналось, рассказывает первая часть, Launch of the Screaming Narwhal. Именно там мы наблюдали последствия нарушения технологии вуду при попытке уничтожить вселенское зло в лице ЛеЧака, вылившиеся — почти в буквальном смысле слова — в глобальную эпидемию странной заразы, поражающей исключительно пиратов, начиная с самого Гайбраша. Именно там капитан Трипвуд едва не застрял на небольшом и тогда еще неизвестном нам острове Флотсам, пораженном локальной, но тоже очень странной метеорологической аномалией. Именно там наш герой потерял один корабль и добыл другой, нажил по меньшей мере одного врага — сумасшедшего хирурга, счастливого обладателя напудренного парика и кошмарного акцента, потерял из виду любимую жену и получил ценный совет, а точнее — руководство к действию от Леди Вуду. Чтобы исцелиться самому и избавить от заразы Карибскую акваторию, Могучий Пират™ должен разыскать Великую Губку. Только ей под силу впитать злую магию вуду, которой ЛеЧак, похоже, был полон по самое темечко. Под большим давлением.

В самом начале второй части, The Siege of Spinner Cay, Гайбраш снова влип. На этот раз, впрочем, он справился почти без потерь, если не считать левой руки, от которой с самого начала истории у него были одни неприятности. После эффектного появления на палубе «Нарвала» очаровательная Моргана ЛеФлэй, охотница за головами и по совместительству преданная фанатка капитана Трипвуда, надолго исчезнет из нашего повествования. Но огорчаться не стоит — ее возвращение неминуемо.

Не зная, что его ждет, Могучий Пират™ тем временем активно развлекается прикладной пиратской дипломатией, налаживая отношения с местным подводным населением, понаехавшими флибустьерами и собственной женой. Ближе к концу заговорили пушки — специфика пиратской дипломатии, увы. Зато Гайбраш на шаг придвинулся к цели, и в финале «Нарвал» на всех парусах летит...

...прямо в пасть левиафана — точнее, гигантского ламантина, страдающего несварением ряда преинтересных личностей в собственном желудке. О приключениях капитана Трипвуда и Морганы, успевшей свалиться почти на голову герою своих девичьих грез аккурат перед тем, как оказаться всей компанией, вместе с кораблем и первым помощником, в желудке огромного морского млекопитающего, рассказывается в третьей главе истории — Lair of Leviathan. Поистине, никогда раньше редкий талант Гайбраша с легкостью как впутываться в грандиозные неприятности, так и вылезать из них, не проявлялся с такой яркостью: Могучий Пират™ не только ценой невероятных усилий покинул чрево кита и исцелился от всепиратской заразы имени ЛеЧака.

Он еще и попал в новый переплет.

Взгляд оптимиста: бывало и хуже

Как справедливо заметила Леди Вуду, по-настоящему мудрый капитан всегда должен быть готов к перемене ветра. Продолжая аналогию, можно смело сказать, что Гайбраш в очередной раз не справился с парусами своей судьбы — и в результате получил по голове мачтой рухнувших ожиданий.

Впрочем, в настоящий момент бедняге не до метафор: уж очень живо встает перед внутренним — и, увы, не только внутренним — взором образ старого знакомого, доброго доктора и ярого естествоиспытателя, вооруженного скальпелем, любовью к знаниям и мечтой о вечной, пусть и зеленой в крапинку, жизни.

Эх, Моргана-Моргана... с другой стороны, что взять с бедной девочки? На ней и так лица нет.

Хотя свои тридцать... нет, не сребреников, что вы! тысяч — в общем, свои кровно заработанные она взяла не дрогнув. Воистину, just business.

Однако жизнь склонна преподносить Гайбрашу сюрпризы, причем чаще всего такие, что с ходу и не поймешь, то ли радоваться, то ли начинать скучать по безнадежно упущенному моменту, когда казалось: хуже быть не может.

Текущий, пожалуй, подойдет. Только что был милый одержимец, маркиз де Синж, со своим пока гипотетическим скальпелем — и вот нате вам, пожалуйста: толпа туземцев, зеленых в крапинку, потрясающих оружием и издающих вполне членораздельные, увы, вопли. ЛеЧакова зараза, крайне запущенный случай с массовым исходом.

Последствия — за наш счет.

Пиратская Фемида: комедия в четырех заседаниях с антрактами

Заседание первое: приговор без обвинения

Надо отдать должное местным блюстителям карибского правосудия: вместо того чтобы без лишних формальностей вздернуть нашего героя на рее, словно какие-нибудь дикие флибустьеры, они запустили — пусть и с подачи Гайбраша, удивленного приговором в отсутствие обвинения, — настоящий судебный процесс. С другой стороны, ничего странного: не так уж часто им доводится использовать здание суда по назначению. Особенно если вспомнить, как совсем недавно капитан Трипвуд в поте лица обеспечивал местную газету темами для публикаций.

Жаль только, что теперь участие в светской хронике острова Флотсам выходит Могучему Пирату™ боком; впрочем, исключительно выдающийся идиотизм обвинений не дает ни малейшего шанса признать их сколь-нибудь состоятельными — независимо от того, насколько они справедливы. Не говоря уже о том, как мы рады видеть очередного давнего знакомого, выступающего — кто бы мог подумать! — в роли прокурора. Да-да, Стэн, собственной персоной. Жив, курилка!..

Все та же огромная шляпа, улыбка в сорок восемь зубов, кошмарный клетчатый пиджак — и, заметим, ни малейшего следа ЛеЧаковой заразы. Отличный обвинитель, лучше не придумаешь; а кто у нас адвокатом?.. Как это никто? Ну вот, все, буквально все приходится делать самому! Зато у нас в руках папка материалов по делу обвиняемого Трипвуда. Улики (а также имущество, конфискованное у обвиняемого, включая драгоценную Губку) лежат тут же на столе. Свидетелей можно вызвать в любой момент, обратившись к судье — некогда, возможно, импозантному, но в данный момент пятнисто-зеленому, как и все здесь, господину.

Правда, свидетели как один — кроме некоего Трипвуда, который просто несет чушь, — упорствуют в своих показаниях против Гайбраша. Неудивительно, учитывая, что по крайней мере один из них — Хоакин д’Оро — говорит чистую правду, а показания жертв инцидента в клубе «41», будучи плохо доказуемыми, вполне могут оказаться истинными.

А вот свидетель Хардтэк врет совершенно беззастенчиво, и мы все это знаем, так что добиться от него признания в лжесвидетельстве и тупости будет несложно.

Отличная работа, мистер Трипвуд, теперь можно и отдохнуть. За решеткой, конечно, но это легко исправить: умственная отсталость стража никак не уменьшилась от официального признания, поэтому достаточно будет попросить свидания со своим адвокатом, а отведенных пяти минут Гайбрашу хватит, чтобы затеять драку с самим собой.

«Адвоката» не только оградят от агрессии подзащитного, но и извинятся за его безобразное поведение.

Антракт. Новости, о которых некому писать

Гайбраш совершенно свободен — по крайней мере в выборе направления движения. Можно, например, отправиться в пресловутый клуб «41» — промочить горло. А можно пройтись по городку и посмотреть, какие новости нынче ветра приносят на Флотсам.

Новость номер один: оказывается, Стэн обосновался в бывшей редакции старины Нипперкина, куда мы не так давно носили свои сенсации. Теперь здесь сувенирная лавочка с люминесцентной вывеской, такой же кошмарной, как пиджак нашего обвинителя. Или это пиджак так же ужасен, как вывеска?..

Впрочем, ладно. В конце концов, на Стэне свет клином не сошелся. Даже люминесцентный.

Поговорим со старым знакомым о том, о сем, похвалим пиджак, поинтересуемся количеством и качеством продаж, ассортиментом и прочей торговой белибердой — и под это дело аккуратно подберем сломанную магнитную игрушку «пририсуй Гайбрашу бороду», которую хозяин выкидывает у нас на глазах.

Вернемся к осмотру достопримечательностей: увлеченные нововведением в городской быт, мы даже не заметили, что у нас есть сосед по заключению. Хоакин д’Оро, так неприятно удививший нас своими показаниями, а точнее — проявленной неблагодарностью, охотно поделится историей своих злоключений.

Мало того что бедняга остался без глаза, в очередной раз подтвердив сентенцию о пользе следования технике безопасности при поиске сокровищ; он еще и отбывает срок за попытку сбыта поддельного Фарфорового Пирата, а Стэн — разумеется, по доброте душевной — предложил ему свидетельствовать против Гайбраша в обмен на смягчение приговора.

Кроме того, его очень удручает пустая глазница — это так неэстетично! — и отсутствие зеленых пятен: ЛеЧакова зараза почему-то минула доморощенного искателя приключений, сделав его объектом насмешек со стороны более... э... пиратоподобных соратников.

Умница Гайбраш без труда выторгует у Хоакина согласие взять обратно свои показания — в обмен на стеклянный глаз, красный, как у тех, кого прихватило ЛеЧаковой пятнисто-зеленой дрянью. «Потому что круто», да.

Продолжим экскурсию. За местным КПЗ и зданием суда, как мы помним, находится домик стеклодува, у которого Гайбраш с легкостью выпросит стеклянный глаз-хамелеон — совершенно бесплатно. Бракованный образец: вообще-то такие штуки, по заверению мастера, приобретают нужный цвет с любого расстояния, а этому непременно надо, чтобы объект с глазами подходящего цвета находился как можно ближе. Ничего, разберемся.

Было бы неплохо заглянуть на огонек к Леди Вуду — попросить совета, а может, и помощи, — но проход в джунгли перекрыт все тем же туповатым господином на службе пиратской юстиции, и на сей раз его здравого смысла хватает, чтобы с должным скепсисом отнестись к идее позволить обвиняемому, он же адвокат, затеряться в ночном лесу. Ладно, в следующий раз.

Пройдя мимо дома нашего верного врага, мы обнаружим на причале жертву клубного инцидента — Хемлока Мак-Ги с его несчастной кошкой, напуганной до полного паралича. Старый пират кормит любимицу с ложечки и не особенно расположен к общению. Не будем им мешать, лучше дойдем до клуба и попробуем выяснить, что же на самом деле там произошло, кто виноват и нельзя ли как-нибудь помочь хотя бы себе.

И, раз уж зашла речь о добрых делах, стоит подняться на крыльцо лаборатории маркиза де Синжа и поковыряться в замке выставленной во двор клетки с хорошо знакомой нам электромагнитной обезьяной: в конце концов, Жак здорово выручил Гайбраша, когда доктор собирался оттяпать капитану Трипвуду руку, а долг платежом красен.

Теперь у нас есть ручной магнит (очень любит бананы). Главное — не вынимать его из кармана без крайней необходимости, иначе можно усомниться, что страшнее — обезьяна с гранатой или Трипвуд с обезьяной.

Больше в окрестностях ловить нечего, пора в клуб — пить, веселиться и искать доказательства собственной невиновности. Налюбовавшись видами ночного Флотсама — в самом деле красиво, глаз не оторвать! — нырнем в привычную атмосферу пиратского клуба. А что, уютно, вот только...

Не успев толком войти, Гайбраш становится свидетелем, а вскоре и участником прелюбопытной сцены между маркизом де Синжем и Морганой ЛеФлэй. Сцена, и в особенности ее часть, касающаяся докторского пальца, была бы всем хороша, если бы некто Трипвуд поменьше распускал язык... ну, что уж теперь.

Обстановка, равно как и личность бармена (когда он без парика, конечно), весьма располагает, и капитан Трипвуд с удовольствием примет внутрь пять стаканчиков кипящей лавы, оставив шестой напоследок, — а там можно и девушку утешить.

Впрочем, девушка пьяна и находится не в лучшем расположении духа. Пошатавшись по залу, Гайбраш приберет в пустой стаканчик из-под лавы немножко стекшего из подсвечника-черепа на пол воска. Пора на улицу — дышать свежим воздухом и действовать. Кстати, снаружи стаканчики пригодятся нам снова: фонарь на столбе у входа в клуб немилосердно течет. Не следует упускать случай заново наполнить бездонные карманы Трипвуда полезным хламом.

Кроме того, самого пристального внимания заслуживает лужа расплавленного стекла возле мастерской стеклодува... и лампа вот тоже очень стильная. Конечно, автор ни за что не хочет с ней расставаться, но шаловливым ручонкам Гайбраша и целой батарее едкой, горячей или просто липкой жидкости у него за пазухой ничего не стоит испоганить шедевр ровно настолько, чтобы оскорбленный в лучших чувствах мастер отказался от собственного детища.

Помимо этого, превосходная лужа дряни натекла с чучела рыбы-меча рядом с домом маркиза — надо полагать, эксперименты сказываются.

Наполним стаканчик и двинемся дальше, поболтать с мистером Мак-Ги. Тем для беседы у нас теперь хоть отбавляй, даже если не считать животрепещущий вопрос здоровья. Дело в том, что в клубе «41» у самого входа висит весьма выразительное полотно, на котором изображено нечто под названием Тварь-из-Джунглей, а автор, если верить бармену, — Хемлок Мак-Ги собственной персоной.

Любопытство погубило кошку — что далеко ходить, вот стоит живой... вроде бы живой пример, — но Гайбраш не из тех, кого этот факт может остановить или напугать. Равно как и сказочка про чудовищного лесного бога, пожирателя падали, единственным доказательством существования которого является то, что оставленное вечером на лесном алтаре мясо всегда бесследно исчезает к утру.

Переменим тему, благо, как уже было сказано, их у нас предостаточно: Гайбраша, к примеру, очень интересует, чем, собственно, занят господин Мак-Ги? Ах, кормит кошку... так она же парализована? Однако же ест — а значит, может и пошевелиться, если надо. А чтобы пошевелилась наверняка... вот у нас в кармане завалялась Стэнова игрушка с магнитом и железными опилками — подмешаем немножко опилок в неаппетитное месиво, которым старик кормит свою живность.

Месиву точно хуже не будет, и кошке, скорее всего, тоже.

Подмешаем и пойдем потихоньку обратно... хотя минутку! Остался один неохваченный свидетель, и где искать этого свидетеля — непонятно. Да и вряд ли она захочет помочь Гайбрашу, раз уж взялась обвинять...

Зато у нас есть материал для следственного эксперимента, а именно — нога. Точнее, лампа в форме ножки в сетчатом чулке, которую мы так удачно изуродовали у хижины стеклодува. А еще у нас есть некоторое количество разнообразных жидкостей, которыми можно попробовать воспроизвести тот самый крайне выразительный ожог на бедре мисс (или миссис, кто этого гламурного боцмана разберет) Креббс, на которую Гайбраш якобы так неудачно опрокинул горячий соус. Лава, воск и загадочная щелочь в конечном итоге дадут нам желаемый результат.

Любопытно. Очень любопытно, а точнее — подозрительно. Что ж, с этим уже можно пытаться что-то доказать. Возвращаемся к зданию суда и просим возобновить заседание.

Заседания второе и третье: стрижка только начата

Любое дело важно правильно начать. Данный сеанс пиратского правосудия лучше всего начать пафосным «Протестую!».

Вообще говоря, это можно было бы произнести в любой произвольный момент времени, хоть в середине заседания, хоть в конце — лишь бы подставить под пламенный взор разъяренного судьи стеклянный глаз, предназначенный для капитана д’Оро, — но так, пожалуй, будет эффектнее всего.

Глаз спрячем до времени, все равно вручить его адресату на месте не получится, и займемся пока обличением остальных.

Начнем с дамы. Вызываем свидетеля Креббс, предъявляем хрустальную ногу и после оживленной дискуссии получаем сразу два неожиданных признания. И пусть Гайбраш не помнит ни ее, ни описанного ею злодеяния, это уже неважно: обвинение снято.

Переходим к кошке Хемлока Мак-Ги. В просторечии такой ход называется «переводом стрелок». Производится следующим образом: вызвать свидетеля Мак-Ги, далее устроить очную ставку... нет, не свидетелю. Его кошке и нашей обезьяне. Намагниченный хвост Жака прекрасно сочетается с железными опилками в брюхе хвостатой мисс.

Пронаблюдав, как удаляется состав преступления, суд признает Гайбраша невиновным и по этому пункту обвинения, после чего останется только попросить еще один перерыв, употребив его на то, чтобы вручить Хоакину вожделенный глаз. Взамен капитан-адвокат Трипвуд получит памятную ему по приключениям в джунглях карту сокровищ, которую д’Оро купил у... Неужели у?..

Догадку лучше отложить до третьего заседания — ради незабываемой сцены под названием «Стэн смутился». Казалось бы, все хорошо, что хорошо кончается — последнее обвинение снято, можно наконец заняться делом, но тут выясняется одно небольшое, но существенное обстоятельство.

Снято не последнее обвинение. Последнее — и главное — обвинение огласить явно забыли. Или просто решили, что первых четырех хватит за глаза. В общем, перед Могучим Пиратом™ встает насущная необходимость каким-то образом доказать свою непричастность к распространению небезызвестной зелено-пятнистой дряни имени ЛеЧака.

Пламенная речь в защиту себя любимого звучит не очень убедительно... возможно, получилось бы лучше, если бы не ушлый Стэн. Поневоле вспомнишь, как хорошо этот господин в свое время смотрелся в новеньком гробу.

Свидетели защиты... да где ж ее возьмешь-то?..

Однако зайка-разбойница легка на помине. Милая, я тоже рад тебя видеть, только сделай человеческое лицо, а то люди смотрят — неловко...

К счастью, Элейн тоже рада видеть мужа, и некоторое время случайные свидетели могут спокойно наслаждаться романтической сценой. До тех пор пока чуткое обоняние лучшей половины капитана Трипвуда не обнаружит на костюме благоверного присутствие посторонних духов.

Единственный свидетель защиты в считанные мгновения исчезает с горизонта; по счастью, процедура есть процедура, и обвиняемого ведут не на виселицу, а в камеру, а его конвоир отправляется в клуб «41», куда унеслась Элейн.

Возвращается он довольно скоро. Один и не в лучшем виде.

Кажется, фортуна решила подмигнуть Могучему Пирату™ — ему предоставляется свобода и редкое удовольствие собственноручно препроводить супругу во дворец провинциального пиратского правосудия.

Антракт. Если женщины дерутся...

В клубе он застает неприятную, но, увы, более чем ожидаемую сцену — ссору с привлечением тяжелых и острых аргументов. Надо бы прекратить безобразие, пока не дошло до аргументов огнестрельных — мало ли что у Элейн могло по карманам заваляться, — но разнимать дерущихся женщин...

Многие классики предостерегали против столь опрометчивого шага, да и не-классики — вспомнить хоть жертву судебной необходимости, чьи обязанности сейчас должен исполнить Гайбраш.

Но, может быть, все же можно решить дело миром?..

Убедившись в тщете своих стараний, оставим их ненадолго — пройдемся по залу, посетим уединенную комнату напротив входа.

...А канализация здесь не ахти: следом за посетителем из-под двери пытается выползти какая-то липкая субстанция, на которую смотреть — и то противно. И бумажка какая-то к подошве прилипла. Посмотрим...

Туна Колада. Видимо, в пару к валявшемуся на столе недалеко от входа рецепту. Правда, эта Колада кажется Гайбрашу довольно сложной, а сложностей у нас и так хватает. Спустимся лучше на пару ступенек в зал, где сидит грустная Кэтрин Креббс. С ней хоть поболтать можно... без последствий.

Ну, почти.

Итого: одна дама сбежала, две продолжают свое смертоубийственное развлечение, мешок с сахаром упал с люстры, куда был убран хозяином заведения подальше от муравьев, а Гайбрашу, по старой привычке оперативно прибравшему мешок в свое подручное хозяйство, надо срочно запить весь этот цирк. Да, та сложносочиненная Туна Колада вполне подойдет.

Пока бармен копается в ингредиентах, капитан Трипвуд пришпилит к доске для дартса официальную вуду-повестку для Элейн — для лучшей сохранности. Напиток готов, и две фурии с пересохшими глотками наперегонки кидаются к барной стойке, чтобы продолжить свои танцы уже на ней. А Гайбрашу ничего не остается, кроме как снова призвать своих женщин к порядку. Эффективнее всего будет брякнуть какую-нибудь глупость про Моргану. Та оскорбится, чем не преминет воспользоваться Элейн.

К сожалению, едва ли это пойдет ей на пользу.

Уж очень повестки в здешних краях... официальные.

Заседание четвертое: охота пуще неволи

Свидетельства миссис Трипвуд, у которой есть множество причин быть недовольной любимым мужем, по сути своей являются пространным изложением всех перипетий их брака, но в конце концов дело все же доходит до Великой Губки (которая по-прежнему тихо лежит на столе для вещдоков), и, казалось бы — вот она, долгожданная возможность разом оправдаться, исцелить Элейн и показать, на что способен Гайбраш Трипвуд, Могучий Пират™!

Вот только...

Нет, конечно, стоило предполагать худшее. Но не до такой же степени!..

Так или иначе, но если бы не явление ЛеЧака с повинной, чистосердечным признанием и вещественным доказательством вины Леди Вуду, которая, как выяснилось, стояла изначально не только за подвигами Гайбраша, но и за кознями ЛеЧака, — качаться бы капитану Трипвуду на рее, на свежем морском ветру! А так — свободен, иди куда хочешь, ищи свою бесценную женушку... где хочешь. Лечи ее опять же чем хочешь, раз Губка у нас одноразовая и, судя по всему, даже для посуды не годится.

Как-то все невесело. Впрочем, по сравнению с ЛеЧаком, сидящим тут же, в бывшей камере Гайбраша... надо хоть спасибо ему сказать.

В очередной раз с удивлением убедившись, что лучшего друга, чем демон Вуду в человечьем обличье, придумать сложно, Гайбраш распрощается с новым приятелем, пообещав вытащить его из-за решетки при первой же возможности.

Очередь за Леди Вуду, и та снова не упускает случай озадачить Могучего Пирата™. Если верить ее инструкциям — а она, как ни крути, остается крупнейшим, если не единственным экспертом в области магии вуду по меньшей мере в пределах острова Флотсам, — Великая Губка просто пока слишком маленькая, чтобы творить большие чудеса. Чтобы она выросла, ее надо кормить. А кормить...

Чем кормить величайший вуду-артефакт? Разумеется, заклятьями.

А чтобы вам, молодой человек, не изобретать велосипедов, держите поваренную книгу. К ней и карта прилагается, в лучших традициях.

Похоже, Гайбраша опять зовут джунгли... вот только сначала надо бы уточнить ряд моментов. Ближайший из них — Стэн, только что обновивший ассортимент своих сувениров под торговой маркой «Следствие века». Можно расспросить его и рассмотреть фигурки и прочую мелочь поближе, но всерьез капитана Трипвуда интересует один-единственный вопрос: «Ты жену мою не видел?»

А из ответа опять-таки следует, что искать ее надо где-то в джунглях. Нет, определенно, пора изымать из продажи карты, указующие путь к очередному Великому Фарфоровому Сокровищу. Ладно, плевать. В джунгли так в джунгли, вот только напоследок наведаемся в гости к малоуважаемому доктору. Визит вежливости, так сказать.

Что? Маркиз? Собственной персоной? В откровенно растрепанных чувствах, очень спешит?..

Странно.

Дальнейшие странности не менее подозрительны: на пороге Гайбраша встречает белая лабораторная крыса, одна из тех, что работали мускульной силой в электрической машинке маркиза; следующий, кого капитан Трипвуд обнаруживает в лаборатории, — донельзя скорбный Жак.

Что стряслось, дружище?

Что?.. Как... За что?!

Да, за это де Синж определенно заплатит. И очень, очень скоро. Он просто еще не знает, каков капитан Трипвуд во гневе!

Да, и раз уж мы здесь — надо осмотреть лабораторию, внимательно, не упуская ни одной надписи на стене, ни одной букашки на столе, ни одного подозрительного прибора, а также ни единой дверцы — в смысле, в подсобку обязательно заглянуть! Там целый мешок отрезанных конечностей — а они всегда могут пригодиться.

И вперед, в джунгли, где нас ждут великие дела: подвиги во имя любви и мести.

Глубоко в джунглях: трагедия в шести переменах блюд

Блюдо первое: порадовать глаз

Для начала прогуляемся к хижине Леди Вуду.

Точнее, бывшей хижине Леди Вуду: осталось от нее немного. Впрочем, и это немногое выглядит по-прежнему умопомрачительно — в прямом смысле слова. Над развалинами кружит местная хищная моль, успевшая фигурно поесть магический коврик, поразивший воображение Гайбраша еще в первый его визит сюда.

Кроме моли, ловить здесь нечего — ну и ладно, с паршивой овцы хоть шерсти клок. Приманиваем мотыльков на лампу, и ходу до города. С полными карманами бабочек — хорошо, камзол Гайбраша их совершенно не прельщает.

Лакомый кусочек для них найти нетрудно — можно прозакладывать Великую Губку и «Нарвал» в придачу, что клетчатый пиджак Стэна приведет карибскую моль в восторг.

Зачем? Так, в книге рецептов Леди Вуду первым пунктом идет «повязать салфеточку», и тряпочка должна быть соответствующая, что попало не пойдет. А добровольно этот жлоб со своим клетчатым ужасом не расстанется, проси не проси.

Поэтому возвращаемся к нашему коробейнику и предъявляем ему лампу вместе с мотыльками. Лампа гаснет, бабочки радостно летят на синий свет вывески. Подманить их, чтобы натравить на Стэна, — пара пустяков: поинтересоваться у будущей жертвы, как идет торговля, и попросить его еще раз продемонстрировать модель ЛеЧака с подсветкой.

В конце концов, никто ведь не пострадал, верно?

Осталось повязать маленькой Великой Губке салфетку и перейти к следующему пункту меню.

Мясо! Поправка: ароматное мясо.

Блюдо второе: редкий запах

Жаль, букет ампутированных конечностей, реквизированных в лаборатории доктора-мясника, не годится, по крайней мере в том виде, в каком он обретается в кармане Гайбраша... придется снова вернуться в джунгли.

Пронаблюдав встречу Элейн и вожделеющего — в научных интересах — ее тела маркиза и убедившись, что супруге ничто не угрожает, Гайбраш продолжит свой путь. На сей раз ему нужен алтарь, местоположение которого нам памятно еще с прошлых блужданий по этому дикому лесу. Вообще говоря, там и забывать-то нечего: от входа прямо до перекрестка со скелетом, а там повернуть направо.

Это интересно: каждое важное для сюжета место в джунглях в нужный момент помечается горящим факелом. Актуально, если учесть, что события игры таинственным образом укладываются в одну ночь.

Вот и алтарь, на котором туземцы приносят кровавые жертвы Твари-из-Джунглей. Последуем их примеру — мяса у нас хватает, спасибо доктору.

От одного только старого Хемлока — целых две ноги!

Ой... вот так неожиданность. Мясо и в самом деле кто-то подбирает! И кто-то весьма хищный; бедолага, который ныне работает указателем на этом перекрестке, мог бы подтвердить. К сожалению, он уже ничего не подтвердит, а вот последняя страница дневника, оброненная им в последние минуты жизни, наводит на интересную мысль.

Чтобы выследить тварь, надо, чтобы она оставила след. Какой след будет заметен в ночных джунглях лучше всего? Элементарно, друг мой! След из светлячков. Как их приманить — да хоть на подслащенную воду. Прямо за перекрестком по-прежнему стоит колодец (хотя желания больше не исполняет, а жаль), а в кармане у Гайбраша завалялся целый мешок сахара — хватит на армию светлячков.

Макнуть в сироп очередную ногу — и обратно, возлагать на алтарь ее, а также большие надежды.

Надежды оправдаются, как только капитан Трипвуд отойдет на пару шагов: жертва исчезнет, а в воздухе повиснет превосходный светящийся след — хоть со спутника фотографируй, был бы спутник. И фотоаппарат.

Следуя тропой светлячков, минуем очередную встречу Элейн и де Синжа — маркизу впору было бы посочувствовать, не будь он таким, э, неприятным господином, — и возле очередного хорошо знакомого нам памятника туземной архитектуры обнаружим, что след свернул с натоптанной тропы.

Поворачиваем — и вот мы у цели! Дикая тварь из дикого леса больше всего похожа на гигантское хищное растение, отрастившее себе лапки для облегчения выживания в трудных условиях; изо рта — или что там у нее — торчат внушительные клыки и львиная лапа.

Тут важно помнить, что Гайбраш Трипвуд, Могучий Пират™, славен, среди прочего, талантом нестандартно использовать самые обыкновенные предметы. А уж необыкновенные, как эта замечательная, пусть и сломанная лампа в форме девичьей ножки в ажурном чулке!..

Заклинив Твари-из-Джунглей пасть этим пиратским торшером, достаем оттуда львиную лапу, которую можно немедленно выдать нашей маленькой, но очень волшебной подопечной, и возвращаемся в город. Предварительно подобрав лампу — не пропадать же добру!

Блюдо третье: побольше специй!

Следующим вуду-блюдом у нас идет вкус. Логично искать его в единственной на весь остров едальне, верно?

В самом деле, видимо, в честь окончания процесса Гайбраша Трипвуда бармен, если верить объявлению у стойки, возобновил конкурс на право обладания стручком Фугу Джолокии — нечеловечески жгучего перца, который самому ему достался в первосортной остроты соревновании. Тогда он смог продержать этот кошмар язвенника на языке целых десять секунд — и готов отдать его тому, кто выдержит на секунду дольше.

Жаль только, Гайбраш никак не относится к небезызвестному племени маленьких огнеедов, воспетых Карлсоном, и брать в рот то, что и руками-то трогать больно, не собирается тем более. Надо найти способ как-то обмануть свои вкусовые рецепторы. На сей раз предпочтение лучше отдать научному подходу: туземных маленьких огнеедов, чтобы перенять опыт, поблизости почему-то не видно, зато до лаборатории беглого маркиза — рукой подать.

Внутри по-прежнему разгром, но corpus delicti, иначе говоря, вещественное доказательство, куда-то пропало. Странно. Однако мы здесь не за этим. Нам нужна одна из адских машинок доктора — шлем для автотрепанации. На нем, как мы могли убедиться еще в прошлый раз, четыре кнопки, и первая как раз дает нужный эффект... нет, язык, который в рот не помещается, — эффект как раз побочный. Главное — поменьше им трепать, иначе процедуру придется повторить, а приятной ее не назовешь.

Возвращаемся в клуб и жестами объясняем бармену, что хотим принять участие в стяжании Великого Перца.

И снова — не забыть, что голыми руками этот фрукт трогать чревато. Надо просто подцепить его крюком и прислонить к языку. Незабываемое ощущение, да... Зато теперь у нас в кармане стручок явно вулканического происхождения, после знакомства с которым Великая Губка обретает очаровательно пунцовый оттенок.

Блюдо четвертое: карусель грядущего

Пожалуй, пора сверяться с инструкцией. Согласно ей, следующим надо удовлетворить шестое чувство. Кроме того, если верить этой поваренной книге Вуду, карта сама приведет нас куда надо. От нас требуется только правильно ее сложить — и ногами перебирать поживее.

Возвращаемся на лоно природы. У входа разворачиваем волшебную бумажку и складываем ее следующим образом: сначала углы, а потом длинные продольные стороны. Теперь на ней, помимо знакомых ориентиров, видны разноцветные идолы — тоже недурно знакомые нам по недавним приключениям.

Земля дрогнула — хороший знак: магия заработала.

Нам нужен идол, помеченный красным. Он расположен в левом верхнем углу карты, и путь до него неблизкий: получается почти полная

 

2024 © "wot-force.ru". Все права защищены. Карта сайта | Написать письмо